Финансовый безвиз к европейским ценностям для Украины

Финансовый безвиз к европейским ценностям для Украины

Тимур Хромаев, председатель НКЦБФР о новом законе о деривативах и финансовых рынках. Что он изменит на практике, будет ли защищать права инвесторов и куда они смогут инвестировать

В конце июня Верховная Рада приняла закон о деривативах и финансовых рынках. Председатель Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку Тимур Хромаев назвал документ «финансовым безвизом», благодаря которому можно создать украинский рынок капитала по европейскому образцу.

«Мало у кого болит голова из-за того, что он не может купить акции украинских компаний»

– Новый закон «О деривативах и финансовых рынках» — часть обязательств Украины перед МВФ. Принятие документа – лишь формальность, чтобы удовлетворить кредиторов или он действительно способен в корне изменить ситуацию на нашем фондовом рынке?

– Этот закон принимался не для МВФ. Фонд просто разделял наше видение о необходимости его принятия и был готов оказать поддержку стране после того, как закон будет принят.

Не только МВФ, но и большое количество экспертов убеждены, что развитие украинского фондового рынка, рынка капитала поможет нашей стране, а также, непосредственно, гражданам, которые смогут накапливать средства.

Страны, в которых нет полноценного фондового рынка, значительно труднее проходят экономические кризисы. Рынок капитала — это своеобразный буфер для экономики. Это мы видим на примере ЕС, США, Китая, которые значительно легче переносят нынешнюю ситуацию. В Украине же падение ВВП будет более существенным.

Новый закон переписывает принципы, на которых строился фондовый рынок с начала 90-х годов. С того времени происходили значительные изменения в экономике, мы проходили финансовые кризисы и начинали жить в другой реальности. Но фондовый рынок все это время работал по фактически адаптированному советскому законодательству. Взамен этот закон приближает нас к европейским стандартам ведения бизнеса, лучше защищает инвесторов, расширяет финансовые инструменты.

После его вступления в силу мы начнем создавать в Украине цивилизованную систему взаимоотношений инвесторов и запустим трубопровод капитала.

– Сейчас единственный двигатель украинского фондового рынка – это ОВГЗ. Расширит ли закон спектр ЦБ, в которые можно вкладывать деньги, в частности, за счет акций?

– У нас нет рынка акций, потому что в Украине в значительных масштабах не происходило привлечения капитала. Для бизнеса проще было заимствовать средства на западе, поскольку там капитал дешевле. Поэтому, если акции у нас не торгуются – в этом нет особой проблемы.

Важно, чтобы у нас была возможность заключать те контракты, которые нам действительно нужны. В частности, деривативные. Видимо, мало кто понимает, что это такое, но мы все чувствуем их влияние в повседневной жизни. Например, знаменитый Роттердам+ — это и есть дериватив. Да и другие цены в наших платежках привязаны к таким контрактам.

Деривативный контракт – это возможность заключить сделку на покупку любого товара с поставкой и расчетом более чем через неделю. Например, это может быть газ, нефть, зерно. Для развитых рынков такой инструмент привычный, он дает возможность уменьшить риски экономической деятельности и ценовых колебаний.

В Украине мало у кого болит голова из-за того, что он не может купить акции украинских компаний. А вот какая будет цена на газ зимой — интересует многих. Поэтому, если сейчас цена на газ низкая, можно заключить деривативный контракт на его поставку зимой, зафиксировав ту стоимость, которая устроит и продавца, и покупателя.

Правда, для того, чтобы этот инструмент заработал, еще нужно много сделать. В частности, надо создать клиринговые учреждения, сформировать базы данных отчетности по деривативным контрактам.

«Мы увидим превращение спекулянта в добропорядочного инвестконсультанта»

– Одним из положительных аспектов закона называют усиления гарантий исполнения заключенных сделок. Каким образом будет работать этот механизм?

– Да, закон требует от торговых систем не только организовать встречу покупателей и продавцов, но и обеспечить выполнение всех соглашений. Ранее такие соглашения фактически выполнялись по желанию сторон. На практике часто бывало так, что менялись какие-то обстоятельства и продавец или покупатель уже не хотели выполнять соглашение. Такая ситуация убивала рынок.

Теперь же появляется система обеспечения сделок. Тот, кто торгует, должен сделать определенный гарантированный взнос и биржа сможет его использовать для обеспечения выполнения соглашения. К тому же появится контроль за качеством товара. Биржа будет проверять действительно ли он есть в наличии, соответствует ли заявленным характеристикам.

– Вы обращали внимание на то, что торговцы ценными бумагами будут трансформированы в инвестиционные фирмы по европейской модели. Что это означает?

– Фактически мы увидим превращение спекулянта в добропорядочного инвестиционного консультанта. То есть, спекулянт действовал по принципу: «куплю у тебя подешевле и продам ему подороже». Согласно новому закону, если клиент что-то продает, инвестиционная компания должна обеспечить, чтобы актив был продан за честную рыночную цену. Так же и покупатель должен получить честную цену.

– Одно из нововведений закона – разделение инвесторов на квалифицированных и неквалифицированных. Как их будут делить?

– Раньше, когда в инвестиционную компанию приходил клиент, все, что она должна сделать — это определить, что клиент, условно, «не Усама Бен Ладен», то есть провести финмониторинг. В то же время, для развития рынка капитала этого недостаточно — нужно обеспечить еще и здоровую инвестиционную деятельность.

Поэтому новый закон разделяет инвесторов на квалифицированных и неквалифицированных, и предусматривает защиту мелких инвесторов. Если в компанию обратится клиент, который не оперирует крупными суммами, не имеет финансового опыта, он будет считаться неквалифицированным. Инвестиционная компания должна будет проконсультировать его и подобрать такой вариант для размещения денег, который будет понятен клиенту. А не предлагать вложиться в «алгоритмический трейдинг» и получить «золотые горы».

Если же инвесткомпания продаст неквалифицированному клиенту какой-то сомнительный актив и мы это заметим, ей придется вернуть деньги.

– Возможности инвестиционных фирм должны быть расширены за счет связанных агентов, которые смогут действовать от имени и в интересах фирмы. В чем именно будут заключаться полномочия этих посредников, как они смогут помогать компаниям?

– Если инвестиционная компания не может присутствовать в небольших городах, в них могут работать ее связанные агенты. Благодаря этому будет создана полноценная цепь посредников и их представителей. Инвестиционная компания будет нести ответственность за работу своих агентов, проверять уровень их профессионализма и добропорядочности.

Мы хотели бы, чтобы гражданин, который инвестирует даже 5 тыс. грн, понимал, что закон и государство его защищают. Существует мнение, что если инвестиция небольшая, то государству она не нужна. Это не так. Из этих маленьких инвестиций и складываются большие капиталы.

Государство должно обеспечить такие условия, чтобы те, кто хочет незаконно отобрать у большого количества людей по 5 тыс. грн, никогда в нашу страну не приходили.

«Если банки и инвесткомпании будут вкладывать деньги в сервис, комиссии станут значительно ниже»

– Если говорить о частных инвесторах, какие инструменты для них создает новый закон?

– Закон устанавливает правила выпуска целого ряда новых долговых инструментов. Это корпоративные, инфраструктурные, муниципальные облигации. В частности, можно будет инвестировать в строительство дорог, электростанций и т.п.

Я считаю, что для многих украинцев, которые хотят накапливать, эти инструменты будут интересны, ведь позволяют получать фиксированный доход. Вы сможете вложить в такие облигации 5-10 тыс. грн и наблюдать, как за ваши деньги развивается инфраструктура.

– Сейчас проблема небольших частных инвесторов – это существенные комиссии и достаточно высокий порог вхождения. Большинство компаний и банков даже продают ОВГЗ на сумму от 100 тыс. грн, меньше нет смысла из-за дорогого обслуживания. Изменит ли закон эту ситуацию?

– Это вопрос не закона, а эффективности предоставления услуг. Посредники недостаточно инвестируют в технологии, которые позволят сделать услуги более массовыми и дешевыми. Мы не видим системных инвестиций в новые электронные системы, которые дадут возможность торговать, например, через мобильное приложение.

Если же вы зайдете в отделение банка и спросите, как открыть счет в ценных бумагах, работник будет смотреть на вас большими глазами и не поймет, чего вы хотите. Проблема в том, что банк оказывает услуги, но его специалисты вообще не понимают, что это такое. Для того, чтобы выяснить, как открыть такой счет, из банка надо звонить в Днепр или в Одессу, где есть соответствующие специалисты.

Если же банки и инвестиционные компании будут вкладывать деньги в сервис, будут расширять круг клиентов, комиссии станут значительно ниже.

– Закон предусматривает новую процедуру выпуска корпоративных облигаций, которые должны стать более защищенными. Как это будет происходить?

– Рынок корпоративных облигаций существовал и раньше, но когда наступил экономический кризис 2007-2008 годов и компаниям стало сложно возвращать деньги, фактически исчез. Тогда многие просто отказались обслуживать долги.

Теперь же кредиторы будут более защищены. Понятнее станут процессы, когда компаниям будет нужна реструктуризация или изменение условий, под которые привлекались средства. То есть взаимоотношения между заемщиком и кредитором будут более предсказуемыми.

У компании и инвесторов появится возможность сесть за стол переговоров и договориться. Ведь когда такой возможности нет, кто-то всегда будет пытаться обойти другого и использовать ситуацию в свою пользу.

– Еще одна из новаций закона – появление банковских сертификатов, которые должны упростить привлечение банками ресурсов. В чем особенность таких бумаг?

– Выпуск сертификатов будет интересен как банкам, так и вкладчикам. В отличие от срочного депозита, вы сможете всегда продать такой сертификат и получить деньги.

С другой стороны, банку тоже интересно выпускать такие сертификаты. Даже если вы его продадите кому-то другому, для банка фактически ничего не изменится, он не должен возвращать деньги раньше. Кроме этого, банк сможет реализовывать депозитные сертификаты дистанционно и так же инвестор будет покупать или перепродавать их через интернет.

«Украина – магнит для финансовых пирамид»

– В Украине фактически отсутствует фондовый рынок. Что нужно, чтобы его возродить?

– На протяжении последних 5 лет экономика Украины стабилизировалась. Если этот цикл будет продолжаться, мы сможем ввести рынок капитала. Для его появления, в первую очередь, нужен сам украинский капитал: люди, которые готовы вкладывать свои деньги, и компании, которые готовы размещать свои акции.

– Интересен ли будет украинский фондовый рынок отечественным компаниям? Ведь им может быть проще разместить акции и на иностранных рынках.

– Не надо упрощать этот вопрос. Выход на рынок – это очень ответственное и затратное действие, в какой бы стране это не происходило. Мир очень сложный и ничего просто в нем не делается. Особенно, если речь идет о деньгах.

Компания должна понимать, для чего она выходит на рынок и где ей это выгоднее сделать. Если речь идет о крупном экспортере, которого хорошо знают за рубежом, тогда ему может быть более выгодно привлекать средства за пределами Украины. Однако, если компания чисто украинская и предоставляет услуги внутри страны, ей может быть выгоднее размещать акции на наших биржах.

Кроме этого, я не чувствую особого желания иностранных фондовых рынков привлекать украинские предприятия. Ведь мы видели, что произошло с такими компаниями, как, например, «Мрия», когда деньги заимствовались «там», а разворовывались «здесь». Поэтому все инвесторы будут говорить следующее: давайте вы сначала возьмете деньги там, где будете их тратить, а потом придете к нам.

Украине нужен собственный фондовый рынок. Коронавирус продемонстрировал, что страны должны становиться более самодостаточными. Капитал, как и вакцины, — это национальные ноу-хау. Нельзя просто так купить вакцины в другой стране и так же сложно привлечь капитал.

– Сейчас большинство украинцев, которые инвестируют в иностранные фондовые рынки, делают это через брокеров, зарегистрированных в иностранных юрисдикциях. Есть ли в Украине защита для таких инвесторов в случае, если брокер объявит о банкротстве или у него возникнут какие-то другие проблемы?

– Нет. В будущем такая защита может быть, но для этого мы должны повысить наше регулирование до международных стандартов.

Обеспечить качественный надзор и защиту инвесторов, где бы они не вкладывали деньги – это ответственность национального регулятора. В то же время, согласно закону о государственном регулировании рынка ценных бумаг, мы не отвечаем многим международным требованиям.

Украина – последняя страна в Европе, у которой регулятор без полномочий, которые позволили бы защитить украинского инвестора как внутри страны, так и за рубежом. Например, мы не можем остановить много операций, которые очевидно вредят инвестору. Другие же европейские регуляторы это могут. Они договариваются с другими регуляторами, обмениваются информацией и действуют в интересах своих граждан.

Как следствие, Украина – магнит для финансовых пирамид. Ежегодно на национальном уровне возникает несколько пирамид, а на локальном – десятки.

Чтобы это изменилось нужна полная перезагрузка регулятора. После этого мы сможем сотрудничать не только с иностранными коллегами, но и с отечественными правоохранительными органами, поддерживать их в досудебном следствии и судебных процессах. Однако полномочия должны быть прописаны в законе.

«В нынешних условиях нет смысла вкладывать деньги в негосударственные пенсионные фонды»

– В Украине снова заговорили о введении второго уровня пенсионной системы — накопительного. Как будут защищать деньги будущих пенсионеров?

– Накопительная пенсия коснется 10 миллионов украинцев. Очень важно, чтобы эти деньги инвестировались ответственно, без значительного риска, а расходы на администрирование были умеренными.

Также нужен усиленный надзор. Я очень рад, что происходит диалог с правительством и парламентом о перезагрузке регулятора. Изменения позволят обеспечить такой надзор.

– Когда может быть принят закон о втором уровне пенсионной системы?

– В конце этого года или в начале следующего года. В таком случае система накопления сможет заработать с 2022 года.

– Кто, по вашему мнению, будет более эффективным распорядителем этих средств — государственная структура или негосударственные пенсионные фонды?

– Эффективность работы не зависит от того, кому принадлежит фонд. Главное — есть ли у распорядителя профессиональный уровень, профессиональные работники, экспертиза.

Закон должен устанавливать соответствующие требования. Нынешний проект предусматривает, что компании, которые хотят управлять деньгами других, должны иметь капитал, профессиональных специалистов, которые смогут отслеживать риски, и менеджмент, который понимает последствия своих действий.

Что касается участия государства, то оно должно обеспечить качественный надзор и инфраструктуру для такой работы, эффективную систему учета.

– Как вы оцениваете сейчас ситуацию на рынке негосударственных пенсионных фондов? Как эффективно контролировать их деятельность?

– Учитывая общую экономическую ситуацию в стране, система негосударственного пенсионного обеспечения действует вопреки всем условиям. У Фондов нет большого количества клиентов, они дорогие в администрировании.

К тому же, уровень надзора за ними не соответствует мировым стандартам. Чтобы эта система стала эффективной, нам нужна перезагрузка регулирования. Также необходимо сменить работу фондов, в соответствии с современными стандартами: в них должны действовать независимые наблюдательные советы, компании должны нести ответственность. Все это сделает невозможным недобросовестное инвестирование, которое было на протяжении лет.

При нынешних же условиях украинцам нет смысла вкладывать деньги в негосударственные пенсионные фонды. Регулирование работы этих компаний будет пересмотрено, а поэтому стоит подождать.

– Согласно закону о «сплите», под контроль комиссии перейдут фонды финансирования строительства. По вашему мнению, что может сделать регулятор для того, чтобы не допустить случаев прекращения деятельности строительных компаний?

– Чтобы контроль за этими фондами действительно был эффективен, необходимо менять законодательство. Сейчас у управляющих этих фондов нет инструментов для качественного оказания услуг, нет инструментов контроля за застройщиками.

Еще одна проблема заключается в том, что законодательство не дает возможности создавать активы на первичном рынке: до того, как здание сдано в эксплуатацию, ее в юридической плоскости практически не существует. Человек мог вложить 90% денег в недвижимость, но фактически ничего не имеет.

Поэтому нам нужно обеспечить и вкладчиков, и посредников современными наборами инструментов, а регулятора — полномочиями для того, чтобы сделать этот рынок более цивилизованным. Сейчас же в строительной сфере, казалось бы, здоровые инвестиционные планы иногда превращаются в финансовые пирамиды, когда старые стройки финансируются за счет новых.

Мы ожидаем, что соответствующие законодательные изменения будут приняты до конца года.

Источник: minfin

Читайте также

Обратный звонок
✓ Valid