Switch to English
Вход
Инвестиционные предложения
Новости
Аналитика
инвестировать Найти инвестора

Как на самом деле обстоят дела с инвестициями в Украине?

Максим Нефьодов считает, что в год двойных выборов некоторые инвесторы, возможно, придержат капиталы, но среднесрочные перспективы Украины оптимистичные

По данным Национального банка Украины, чистый приток прямых иностранных инвестиций в 2018 году составил 2,4 млрд долларов, тогда как за 2017-й – 2,6 млрд долларов. В то же время, по сообщению пресс-службы Кабинета министров, в 2018 году прямые иностранные инвестиции в Украину составили 2,5 млрд долларов. И по сравнению с 2017-м выросли на 8%.

О том, как на самом деле обстоят дела с инвестициями в Украине, и какие прогнозы на 2019 год поведал первый заместитель министра экономического развития и торговли Украины Максим Нефьодов.

- НБУ в январском инфляционном отчете предсказал снижение объема инвестиций в экономики развивающихся стран, начиная с 2019 года. Объем инвестиций в Украину и раньше называли мизерным, переводы от трудовых мигрантов были в разы больше. Как вы оцениваете перспективы Украины в плане инвестиций на ближайшие годы?

- Говорить о том, что все плохо, – это большое преувеличение. В прошлом году капитальные инвестиции в Украине выросли почти на 20%, и это на самом деле очень здоровый показатель.

Конечно, если мы хотим ускорения экономического роста, то инвестиции должны расти опережающими темпами. И это задача, над которой нам еще нужно работать. Но, с другой стороны, с прошлого года инвесторы начали переходить от трудоемких инвестиций, которые не слишком большие и менее рискованные для собственников, к инвестициям в инфраструктуру, которые уже могут быть значительно больше. Это инвестиции в порты, элеваторы и хранилища. Я считаю очень знаковым соглашение с компанией SALIC из Саудовской Аравии о покупке активов агрохолдинга "Мрия". Не только потому, что идет речь о реальном производстве и очень солидных суммах. Это пример того, как предприятие прошло скандалы, банкротство, судебные процессы, но смогло выстоять и продолжает свою работу.

Мы и в 2019 году будем бороться за то, чтобы объем инвестиций в украинскую экономику увеличивался. Конечно, политические пертурбации будут накладывать свой отпечаток. Год двойных выборов (президентские и парламентские) – это, с точки зрения инвесторов, дополнительные риски, и понятно, что кто-то из инвесторов придержит свои инвестиции на потом. Но объективно украинская экономика чувствует себе достаточно неплохо. По крайней мере значительно лучше, чем это иногда может показаться, когда читаешь в интернете о нашем вечном и всеобщем "зубожинни".

Мы точно имеем позитивный тренд. Мы растем на 3% в год в ВВП, у нас стабильный курс гривни и самая низкая инфляция за последние несколько лет. Мы растем во всех основных рейтингах: и по легкости ведения бизнеса, и по инновационности, и по логистической доступности.

- В последнее время особенно часто упоминают улучшение позиций Украины в рейтинге Doing Business. Что он значит для инвесторов и для Украины?

- Это одна из наиболее известных оценок бизнес-климата. Рейтинг составляется Всемирным банком, и на него в первую очередь смотрят инвесторы, когда выбирают, куда заводить деньги. И Украина здесь демонстрирует очень значительный прогресс. За 5 лет мы поднялись со 112-го на 71-е место. В мире очень мало подобных примеров. Украина стала второй в мире по темпам роста в этом рейтинге. И это выделяет нас среди других стран, и возбуждает интерес инвесторов.

Конечно, 71-м местом вряд ли стоит гордиться. Наша задача на следующие 5 лет – попасть хотя бы в ТОП-30.

- Какие отрасли вы считаете наиболее перспективными с точки зрения привлечения инвестиций?

- Первое – это аграрный сектор. Мы тут уже являемся большим игроком, занимаем 10-12% мирового рынка по разным культурам и у нас есть потенциал для увеличения. И меня иногда удивляет, когда люди считают, что развивать сельское хозяйство и экспорт сельхозпродукции – это хуже, чем промпроизводство и его продукцию.

- Критикуют больше то, что мы экспортируем преимущественно сырые продукты, а не продукцию с добавочной стоимостью.

- Ну, тогда экспортировать железную руду, как та же Австралия, или нефть, как Саудовская Аравия, или газ, как Норвегия, – тоже стыдно. Это ведь тоже сырые продукты. Да, мы должны бороться за переход на более капиталоинтенсивные культуры или к большей переработке (например, от подсолнечника к подсолнечному маслу). Но надо понимать: в том, чтоб занимать определенную нишу в мировом распределении труда и работать в этой нише, нет ничего плохого. Хлеб нельзя экспортировать, а зерно экспортируется по всему миру. И стыдиться этого – как по мне, странно.

Люди не понимают, что современное сельское хозяйство – это не люди в соломенных шляпах с косами. Это высокотехнологичное производство, спутниковые карты, это дроны, которые наблюдают за полями, централизованные системы подачи удобрений. Это на самом деле круто! И мы должны гордиться тем, что у нас сложилась уникальная ситуация, когда Украина в сельском хозяйстве является одной из наиболее конкурентоспособных стран мира. И это даже без рынка земли! И мы должны прилагать все усилия, чтобы развивать те сектора, которые являются реально конкурентоспособными, а не цепляться за мифы.

- А две другие приоритетные отрасли?

- Вторая составляющая – это то, что что Украина, по сути, промышленная площадка Европы. Тут у нас абсолютно простая инвестиционная стратегия. Зачем Европе производить что-то, скажем, в Индонезии, когда она может производить это возле своих границ? От нас до любой страны Европы – один день езды грузовика. Плюс соглашение об ассоциации, бизнес-климат, который каждый год улучшается, образованное трудолюбивое население.

А третье направление – это IT. Украина уже лидирует в Восточной Европе по количеству инженеров. При этом обеспечивая достаточно высокое качество жизни представителям этой профессии. В том смысле, что не все программисты мечтают вырваться отсюда навсегда. Они экономически конкурентоспособны и одновременно дешевле, чем программисты, которые работают в Кремниевой долине. Я слышал от многих предпринимателей, что украинскому программисту для того, чтобы оправдать свой переезд, например, в США с сохранением уровня жизни, нужно там зарабатывать в четыре раза больше. Учитывая значительно более высокие налоги, траты, цену недвижимости, стоимость образования, медицины и т. д.

Поэтому у Украины в этом плане есть очень большой потенциал для прогресса.

- Вы, в отличие от НБУ, прогнозируете, что инвестиции в Украину будут расти. А кто-то из инвесторов уже готов в этом году вкладывать деньги в конкретные проекты, объекты?

- Деньги любят тишину. Когда инвестиция происходит, тогда, конечно, об этом объявляют и рассказывают. Но буквально недавно мы были на инвестиционной конференции в Норвегии, и там было подписано меморандумов на сумму больше миллиарда евро. В области возобновляемой энергетики, сельского хозяйства, IT.

Со следующего месяца начинаются первые аукционы на доступ к украинским нефтегазовым месторождениям. Каждое бурение нефтегазовой скважины – это около 2 млн долларов. Поэтому понятно, что речь идет о достаточно значительных суммах инвестиций.

- Речь об украинских инвесторах или иностранных?

- Кто победит в аукционе, тот и будет разрабатывать. Но мы видим заинтересованность и иностранных инвесторов также. В начале февраля в Лондоне специально проводилась нефтегазовая конференция, и там присутствовали 13 иностранных компаний. Причем половина из них никогда не работали в Украине.

Так что среднесрочный тренд, конечно, будет на увеличение инвестиций.

Объективно говоря, Украина сейчас недополучает иностранных инвестиций на душу населения к объему ВВП. Это означает, что иностранных инвестиций мы получаем меньше, чем должны были бы получать даже не в идеальной ситуации. А уменьшение рисков, связанных с выборами, с военной угрозой, с отсутствием экономических реформ, с какими-то воспоминаниями о банковском кризисе, девальвации и т.д. – конечно, это приведет к увеличению интереса инвесторов.

Например, у нас уже были переговоры с автопроизводителями относительно релокации производства определенных марок автомобилей в Украину. Понятно, что для этого необходим автомобильный кластер, который у нас был основан только во второй половине прошлого года. Потому что не будут же сюда завозить все детали, чтобы здесь только собрать и вывезти автомобиль назад. Производители хотели бы хоть 50% материалов покупать тут. Провода, пластик, резину, металл. Поэтому сначала сюда должны прийти производители проводов. Да, это относительно простое производство, но это и создание кластера.

- Сможете конкретизировать? О каких странах, о каких марках речь?

- Договоров о релокации еще нет, но переговоры шли и в прошлом году и достаточно активно идут сейчас. С кем конкретно – не скажу. Я не хочу обещать того, чего еще нет.

Источник: Сегодня

Заполните, пожалуйста, ваши контактные данные, чтобы получать ежемесячную рассылку!
Обратный звонок
Спасибо! Мы с вами свяжемся.